Покатушками на льду мотоциклисты занимались чуть ли не с середины 20-х годов ХХ века. И в странах Скандинавии, и на льду альпийских озер. Но это вовсе не были гонки, хотя бы по траектории движения (овал) напоминающие спидвей. Были заезды по прямой, на короткую дистанцию, были аналоги шоссейно-кольцевых гонок – по извивающейся замкнутой трассе с правыми и левыми поворотами (они до сих пор популярны, например, в Финляндии). На лед стадионов и ипподромов мотогонщики выехали лишь в середине 30-х годов. Первые следы в истории ледового спидвея оставили шведы. Есть фото, на котором стартуют участники гонок на льду стадиона в Стокгольме, состоявшихся в 1936 году. Потом пришла очередь Советского Союза. По одним данным – в 1937 году, по другим (газета “Красный спорт”) – в 1939-м, по одним – в перерыве матча по хоккею с мячом, по другим – после окончания соревнований конькобежцев, на лед московского стадиона “Динамо” выехал знаменитый в те годы мотогонщик Сергей Бучин и пронесся по кругу с поразительной скоростью, и довольно большим наклоном мотоцикла на повороте. 13 марта 1939 года на ледяной дорожке Московского бегового ипподрома состоялись соревнования, посвященные ХVIII съезду Всесоюзной коммунистической партии (большевиков), который проходил в Москве 10—21 марта 1939 года. На колесах мотоциклов всех 35 участников были установлены шипы конструкции рекордсмена СССР Николая Закревского, которые, как было написано в акте технической комиссии, обеспечивали настолько надежное зацепление со льдом, что скорость на элипсовидной 1600-метровой дорожке возросла для мотоцикла класса 300 см3, по сравнению с летними условиями, с 82,4 до 84, 8 км/час.

200502011125_252buchin-cergey-ll

Слева: гонки на льду стадиона в Стокгольме в 1936 году; справа – первопроходец советского ледового мотоспорта Сергей Бучин 

Как мы видим, если на Западе гонки носили чисто спортивный характер, то в СССР сразу старались извлечь из этого спорта практическую пользу, в данном случае, повышение с помощью шипов Закревского устойчивости мотоциклов на льду и обледеневших дорогах. Что было совсем не лишне в условиях приближавшейся войны с фашистской Германией.

Отметим, что Сергей Бучин погиб в Великую Отечественную, а его брат Александр, тоже известный мотогонщик, и тоже участник предвоенных гонок на льду, всю войну был фронтовым шофером Г. К. Жукова – самого знаменитого военачальника Красной Армии, Маршала Победы.

После войны соревнования по гонкам на льду возобновились, основным местом проведения главных из них был Московский ипподром. В некоторых городах стали пробовать соревноваться на городских прудах, а затем и на стадионах. В Швеции в районе Гетеборга уже в 1947 году состоялись ледовые гонки, привлекшие 13 тысяч зрителей/ C 1949 года начали проводить командные чемпионаты страны, а с 1954 – личные. В СССР тоже не отставали, например, проведенные в 1955 году в Уфе на льду Солдатского озера в парке Якутова гонки имели статус первенства РСФСР. Правда, официально тогда такого вида мотоспорта как гонки по льду в нашей стране не было. Это был своего рода зимний вариант летних ипподромных гонок. А первенство Российской Федерации еще с конца 40-х годов проводилось комплексное: мотокросс и ипподром. Зимой практически то же самое: мотокросс и гонки по льду. И только в 1958 году на уфимском стадионе “Локомотив” (впоследствии “Труд”) состоялись крупные Всесоюзные соревнования исключительно по гонкам на льду в классе 350 см3, организованные ЦАМКом СССР.

Во всех гонках по льду на территории СССР вплоть до 1959 года применялись кроссовые мотоциклы с зашипованными колесами. Глушители на двухцилиндровых Иж-350 были выведены на обе стороны и не позволяли сильно наклонять мотоцикл на повороте, который проходили  с опорой на ступню. Правда были и мотоциклы собственной конструкции, например ВИК класса 750 см3, сконструированный и построенный отцом советского спидвея Владимиром Ивановичем Карнеевым. Но меньшая ширина и отсутствие лишних деталей с левой стороны все-таки еще не подвигли на внедрение нового стиля езды с опорой на колено.

В Швеции же уже в послевоенное время стали использовать для гонок на льду гаревые моторы класса 500 см3 и усовершенствованные гаревые рамы с малым дорожным просветом, что быстро привело к применению стиля езды с сильным наклоном мотоцикла с опорой на колено. Так что, развиваясь параллельно и почти одновременно оба варианта гонок на льду сильно отличались друг от друга. И наверняка, произойди встреча шведов и русских в начале 50-х годов, мы были бы полностью разгромлены.

eke_ahlqvist_isbanaarthur_karlsson_isbana

Но в июне 1958 года в Москве были проведены первые соревнования по спидвею, на специальных чехословацких мотоциклах “Эсо-500” и польских ФиС, которые мало чем отличались от захвативших спидвейный мир английских “Джапов”. В феврале 1959 года, после первенств РСФСР и СССР по гонкам на льду, проведенных на мотоциклах кроссового типа, состоялись первые в СССР гонки по льду в классе “500”. В тот момент это были те же самые гаревые мотоциклы, на которых ездили летом, но с зашипованными колесами и защитными решетками. Именно тогда начали пробовать опираться на колено.

378001_327897713911727_814490009_n

Вскоре, в марте того же года в СССР приехали гонщики ЧСР (Чехословакии), искушенные в гаревых гонках, но не имеющие опыта на льду. Состоялась серия гонок: две в Москве и две – в Уфе. Соперники были практически в равных условиях: одинаковые мотоциклы, большинство ездило, опираясь на стальной башмак. Но ледовый опыт, хоть и с другой техникой, и практика шести летних в Лужниках все-таки позволили советским мотогонщикам одолеть соперников. Все четыре гонки выиграли представители СССР, чехам удалось подняться на пьедестал лишь три раза, причем, на боковые ступеньки.

В 1960 году состоялся первый крупный международный турнир по мотогонкам на льду. По приглашению ЦАМКа СССР в нашу страну приехали представители родоначальников ледового спидвея – гонщики Швеции и Финляндии, а также старые друзья из Чехословакии. Состоялся 6-этапный турнир на Кубок ЦАМК СССР “Дружба народов”. Начался он в Уфе на стадионе “Строитель”, продолжился в Москве на Центральном стадионе имени Ленина, а завершиться должен был в Ленинграде. Но слишком теплая погода в “северной столице” вынудила гонщиков из Москвы вернуться в Уфу, где прошли заключительные этапы. В итоге 6-этапный турнир принес двойную победу шведам: первым был Бьерн Кнутссон, вторым – Билли Андерсссон. На третье место вышел уфимец Фарит Шайнуров, выигравший одну из московских гонок с результатом 15 очков. Победителем одного из уфимских этапов стал уфимец Юрий Дудорин.

Именно тогда, в 1960 году впервые прозвучала идея о проведении в гонках на льду чемпионатов мира или Европы. Ее озвучил руководитель шведской делегации Арне Бергстрем, который сказал буквально: “Следующим шагом в развитии ледяной дорожки после проведенного розыгрыша “Кубка дружбы” должно, на наш взгляд, стать первенство мира или Европы с участием гонщиков Скандинавии, СССР, Чехословакии и, конечно же, Польши. Мы надеемся, что уже в 1961 году эту идею удастся осуществить. Лучшим местом для проведения первенства может быть Центральный стадион имени Ленина в Москве…”.

Потом на пике “перестройки” лживый журналист утверждал, что это СССР придумал чемпионат мира и продвинул его в ФИМ “под себя”, чтобы одерживать легкие победы над неискушенными иностранными гонщиками, которые-де и льда то не видели. Из написанного выше видно, как было на самом деле, а последующая история чемпионата мира показывает, что никогда победы гонщиков СССР и России не были легкими, и тяжелые поражения были не так уж редки.

Но в тот момент (в 1960-м) оказалось, что мотогонки на льду еще не числятся в реестре Международной мотоциклетной федерации (ФИМ), что нет никакой документации по их проведению. Возможно, это и стало одной из причин того, что зимой 1961 года не только чемпионата мира или Европы, но и нового “Кубка дружбы” проведено не было. Зима прошла вообще без международных соревнований! Зато появилось приложение Р (appendix P) к Международному спортивному кодексу ФИМ “Международные гонки по ледяной дорожке” (International ice races).

Зимой 1962 года состоялась серия из 10 гонок на ледяных дорожках Швеции (3), Финляндии (1) и СССР (6). В Советском Союзе две гонки прошли на Центральном стадионе имени Ленина в Москве, еще по две – на уфимских стадионах “Труд” и “Строитель”. Эти соревнования на советских треках не были объединены в турнир типа “Кубка дружбы”, но во всем остальном имели полное сходство с серией 1960 года.  Даже одну из гонок выиграл Билли Андерссон – второй призер “Кубка дружбы” в общем зачете. Из 10 гонок шведы выиграли две (в Линчепинге – Бернт Хернфельдт), в остальных побеждали советские спортсмены: уфимец Борис Самородов – в двух в Швеции (Гетеборг и Стокгольм), в одной в столице Финляндии и в одной – заключительной – на уфимском “Строителе”, москвич Всеволод Нерытов – в двух (Москва и Уфа, “Строитель”) и уфимец Фарит Шайнуров – также в двух (Москва и Уфа, “Труд”).

Лишь тогда было принято решение о проведении в 1963 году первого официального международного соревнования по мотогонкам на льду на Кубок ФИМ. Перед этим турниром еще не было ясности, кто лидер в мировом ледовом спидвее: серия 1960 года завершилась успехом шведов, гонки 1962 года прошли при преимуществе спортсменов Советского Союза.

10-этапный турнир на Кубок ФИМ был спланирован следующим образом: по пять гонок в СССР и Швеции, причем, у нас – первая половина, а у скандинавов – завершающая. В зачет – шесть лучших гонок из десяти, причем, по три из каждой половины. Видно шведы очень рассчитывали на победу. Но ни формула проведения, ни шведские стены не смогли остановить “советскую ракету” Бориса Самородова, завоевавшего главный приз с максимально возможным количеством зачетных очков – 48. Очки начисляли за первые шесть мест по традиционной для того времени шкале: 8 – 6 – 4 – 3 – 2 – 1. Такая же система действовала в гран-при чемпионатов мира по мотокроссу, шоссейно-кольцевым мотогонкам и в Формуле 1.

В Кубке ФИМ была еще и такая особенность: каждая страна-участница, а это СССР, Швеция и Финляндия, – выставляли по три зачетных гонщика, и только они получали зачетные очки на этапах, остальные ездили как бы вне конкурса. Уфимец Габдрахман Кадыров начал выступать как зачетный участник только на последнем советском этапе и, проехав все гонки в Швеции, мог получить очки только за четыре этапа, тогда как остальные соперники – за шесть. Тем не менее, в общем зачете он занял четвертое место, всего на пол-очка отстав от шведа Оке Эстблума. А вторым призером Кубка ФИМ стал москвич Всеволод Нерытов.

Турнир пробудил интерес к гонкам на льду у мастеров спидвея многих стран: ведь среди победителей и участников Кубка ФИМ были известные им мастера гаревой дорожки. Уже в 1963 году на уфимском льду попробовали свои силы гаревики-австрийцы. Вместе с ними получили первые уроки и монголы, не слыхавшие до этого о трековых гонках ни в каком их проявлении. Гонщики Австрии и Монголии стали участниками третьего, четвертого и пятого этапов Кубка ФИМ, проводившихся в Уфе. Таким образом, география турнира выросла до пяти стран.

Международная мотофедерация признала опыт проведения турнира более чем успешным и приняла предложение Федерации мотоспорта СССР о проведении в 1964 году первого чемпионата Европы по гонкам на льду. За первым ЧЕ последовал второй (1965), а в 1966 году им на смену пришел первый в истории мотоспорта чемпионат мира по гонкам на льду. Решение о его проведении было принято на весеннем, 84-м конгрессе ФИМ, состоявшемся в Москве.

Интересно, что разочарованные шведы уже не брались за проведение хотя бы одного из этапов. Зато в СССР проводились и отборочные, и финальные этапы чемпионатов Европы и мира, и серии международных гонок, в которых опытные мастера спидвея из стран континентальной Европы постигали азы ледового спидвея.  Для некоторых наука оказалась не так уж сложной, например, для чехословацкого гонщика Антонина Шваба. Уже во втором чемпионате Европы он завоевал бронзовую медаль, набрав одинаковое количество очков с вице-чемпионом Кубка ФИМ Всеволодом Нерытовым. Тогда международное жюри не стало проводить дополнительный заезд и присудило две бронзовые медали по принципу “победила дружба”. А на следующий год Шваб оказался в такой же ситуации на первом чемпионате мира, причем его соперником был новоиспеченный чемпион СССР и победитель ленинградского полуфинала чемпионата мира Юрий Чекранов. На этот раз дополнительный заезд за бронзу был проведен, и его выиграл Шваб. А еще через четыре года чешский гонщик стал чемпионом мира по гонкам на льду.

В 1967 году открылся каток в Баварских Альпах, в местечке, которое наши журналисты окрестили “западногерманским городом Инцелем” (на самом деле Инцель – скорее деревушка, центр притяжения любителей зимнего активного отдыха). Идеальный лед привлекал на его арену сильнейших конькобежцев мира; здесь регулярно проводились чемпионаты мира и Европы. Но и стальных шипов мотоциклов хозяева арены не испугались. Мотогонщики уже полвека являются здесь желанными гостями. В 1969, 1971, 1973 годах “королем льда” становился в Инцеле Габдрахман Кадыров, последняя его победа принесла уже шестую золотую медаль чемпиона мира.

Так вот, именно в Инцеле чемпионат мира по гонкам на льду впервые вышел за пределы СССР: в 1968 году здесь состоялся полуфинал чемпионата мира, в котором двойную победу одержали уфимцы Г.Кадыров и Ю.Дудорин. После этого спохватились и шведы. География чемпионата мира по мотогонкам на льду расширилась, охватив также Францию, Италию, Нидерланды, Финляндию, Польшу, Норвегию, Казахстан. За полвека участие в мировом чемпионате приняли гонщики трех десятков стран.

Сейчас, стараясь “раскрутить” чемпионат мира по гонкам на льду, в ФИМ придумали для него коммерческое название “Astana Expo FIM Ice Speedway Gladiators World Championship”. Однако такого интереса к “гладиаторам”, какой был к “рыцарям ледового кольца” в 60-80-е годы, и даже на рубеже веков, пока достичь не удается. Тому есть причины, но это уже другая тема.